Да и мотив сомнительный: «Напишу-ка я в Петербург Тряпичкину,.. пусть-ка он их общелкает хорошенько».
Ну как это так? Ведь письмо с точки зрения Николая Васильевича - нечто большее, чем письмо.
И слова в письмах он выбирал самые требовательные, исключающие малейший компромисс: «нужно», «обязательно», «непременно»…
Иногда не просто посоветует, но даст задание адресату. А как тот не исполнит, рассердится: «Перечтите раз пять, шесть мое письмо… Нужно, чтобы … вопросы мои сделались бы вашими вопросами…»
Незадолго перед смертью Гоголь потребовал вернуть письма и составил из них книгу. Получилось единственное в своем роде сочинение «Выбранные места из переписки с друзьями».
Удивительная интонация в его последнем сочинении. Всякий раз он обращается к конкретному лицу и в то же время ко всем читателям.
Вроде своих приятелей Виельгорского или Языкова наставляет, но и каждого из нас.
Так он относился к слову. Считал, что раз произнесено, то произнесено. Не только оно рядом стоящим будет услышано, но и тем, кто находится на огромной дистанции.
Молитва
Можно не сомневаться: и простую записку Гоголь сочинял, собравшись с духом и повторив про себя молитву.
Сам создал эту молитву для пишущих.
А то как-то несправедливо получается. Дело у сочинителей серьезное и важное, а своей молитвы у них нет.
Кое-кто этим пользуется: раз - и готово. Настрочит что-то и ходит с гордо поднятой головой.
Так вот вам молитва на случай таких соблазнов. Когда потянет выдумывать без внутреннего повода, не забудьте повторить.
«Боже, дай полюбить еще больше людей. Дай собрать в памяти своей все лучшее в них, припомнить ближе всех ближних и, вдохновившись силой любви, быть в силах изобразить. О, пусть же сама любовь будет мне вдохновеньем».
Конечно, надо не только произнести, но и попытаться понять.